| |  | СТРАНА В ОТКЛЮЧКЕ
КАЖДОЕ лето Россия на 21 день погружается в средневековье. Не вся, конечно, а та ее часть, которая привыкла к благу цивилизации — горячей воде. Другая часть (80% (!) россиян), у кого горячей воды отродясь не было, из этого средневековья вообще не выходит никогда. Причины отключения навязли в зубах — мол, на Западе нет гигантских теплостанций и многокилометровых теплосетей. Там в каждом доме свой котел, поэтому и на профилактику уходит максимум несколько часов.
Наш корреспондент решил на примере подмосковного города разобраться, зачем людей оставляют без воды и как ведется эта самая ПРОФИЛАКТИКА.
В ФЕДЕРАЛЬНОМ агентстве по строительству и ЖКХ (бывшем Госстрое) меня снабдили инструкцией, что именно подразумевается под плановым ремонтом. За время отключения нужно провести, во-первых, испытания теплосети, или так называемую опрессовку: вода подается под высоким давлением, и там, где трубу прорвет, необходимо чинить. Во-вторых, промыть котлы.
«21 день — столько положено по СНиПу (Строительным нормам и правилам), — просвещает меня директор местной теплосети Андрей Яковлев. — Сейчас время увеличили в связи со сложностью ремонтных работ».
«Не пьем, а работаем»
ПЕРЕД входом в котельную пятеро мужиков в спецовках курят и чему-то улыбаются. «Вот тут корреспондент думает, что мы целыми днями в траншее сидим и водку пьем. Скажи ему что-нибудь», — представляет меня директор. «Это ты зря! — тянет один. — В яме мы, конечно, сидим. Но мы там не пьем, мы там работаем». «Всегда есть какая-то работа: то здесь починить, то там подкрутить», — добавляет другой. Время до обеда проводим за разговорами о том, что в этом году было очень много снега, поэтому в траншеях полно воды и к трубе подобраться невозможно. «Сальники поменять не могли, а ты говоришь», — жалуются мужики.
Все они — работники муниципального предприятия «Теплосеть». Именно оно отвечает за то, чтобы в домах Железнодорожного была горячая вода и чтобы зимой там топили. В ведении «Теплосети» 16 котельных и приблизительно 190 км труб. Период, в течение которого можно все это ремонтировать, — 22 недели, между выключением батарей весной и их включением осенью. Несложный подсчет показывает, что спешить некуда. Каждую котельную можно неспешно ремонтировать полторы недели.
В километре от котельной прокладывают новые трубы. Здесь все наоборот — работа кипит. Рядом с ямой — «бычок» с надписью «ОАО такое-то».
— Так здесь ваша «Теплосеть» работает или ОАО? — интересуюсь у директора.
— Я подрядчиков нанял, стыки делают на новых трубах.
— Так у вас же в котельной целая бригада без дела сидит. Зачем чужих нанимать?
— Своим такую работу не доверяю, — признается директор. — В коммуналке очень много случайных людей.
Ближе к концу рабочего дня я еще раз прошелся по местам трудовой славы. Муниципальных рабочих в котельной больше не нашел. Частники из ОАО так из ямы и не вылезали. Что ж, наверное, у них другие зарплаты.
Что же все-таки происходит в течение 21 дня без воды? Котлы сначала сутки остывают, потом их промывают и очищают. Одновременно проверяют насосы. Все занимает от 12 до 36 часов.
— Это если все в порядке, — объясняет мне директор теплосети г. Железнодорожный. — А если обнаружатся повреждения? На ремонт стального котла может уйти день-два. Чтобы заменить секцию в чугунном, требуется порядка двух недель.
— Но ведь в каждой котельной несколько котлов, — возражаю я. — Пока один на профилактике, другой может поработать.
— Вообще-то для котельных три недели не нужны, — соглашается директор. — Вот тепловые сети — другое дело.
При опрессовке требуется отключение воды только на аварийных участках и только на время ремонта. Это несколько часов. Что же касается замены труб, то, согласно инструкции, выданной мне в Госстрое, в профилактические работы это не входит. В любом случае в Железнодорожном удается заменить всего 8 км в год. И задействовано при этом, как правило, один-два участка. Выходит, остальные дома совсем не обязательно держать без воды три недели.
Право на тепло
КАЖДЫЙ год депутаты поднимают вопрос о горячей воде. Летние отключения нарушают ст. 7 и 41 Конституции: право «на условия, обеспечивающие достойную жизнь и свободное развитие», «охрану здоровья».
«Три недели — неоправданно большой срок, — говорит эксперт Института экономики города Сергей Сиваев. — Одна из причин — несогласованные действия разных ведомств. За трубы внутри дома отвечает ЖЭК, за трубы от котельной до дома — «Теплосеть». Представьте, что одни ремонтируют трубы в доме, а другие в это время занимаются иным участком. А затем они меняются. Соответственно, люди сидят без воды в два раза дольше».
Мы, жильцы, не имеем возможности проверить, сколько на самом деле времени требуется для пресловутой «профилактики». Например, в Верхней Пышме (Свердловская область) успевают провести все работы за 9 часов, в Юрге (Кемеровская область) на это уходит двое суток, в Воронеже тратится 10 дней.
«Раньше были установленные сроки по проведению подготовки к зиме — 14 дней, — объясняет Вера Князева, начальник отдела управления Федерального агентства по строительству и ЖКХ. — Но даже они носили рекомендательный характер. Сегодня каждый городской глава сам решает, сколько ему нужно — неделя, две, три».
Вот и конкретный виновник назван. Мэр или глава лично устанавливает сроки ремонта и отвечает за них!
По словам Князевой, сокращать издержки и сроки отключения можно за счет модернизации. А на модернизацию нужны деньги. Денег нет, потому что за квартиру россияне платят очень плохо. Но по данным того же агентства, 92% граждан деньги отдают вполне исправно. А горячей воды все равно нет. И самое интересное — осенью и зимой опять случаются аварии. Так за что же мы терпим?!
| |
|
| |
