| |  | Квартрасплата
Если в кране нет воды... значит граждане за нее заплатили, а государство — нет
Из отчета в отчет кочует цифра: для финансирования ЖКХ надо 600 миллиардов рублей, из которых половину платят граждане, половину – бюджеты всех уровней (большей частью муниципальные). Но граждане платят исправно, а бюджеты нет: 80% долгов жилищно-коммунальной сферы – задолженность государства. Что делать?
ОТ ПЛОХОГО - К ХУДШЕМУ
В нормальной стране граждане заставили бы правительство заплатить по его долгам. В России все иначе: правительство хочет заставить граждан оплатить эти долги. Иными словами, предлагает переложить бюджетные обязательства на граждан: отменить льготы и дотации и поднять тарифы до «экономически обоснованного уровня». Только тогда, по его мнению, возникнет конкуренция, появятся инвесторы, обновятся изношенные основные фонды…
Практика последних лет доказывает: не возникнет и не появится. Ведь все последние годы правительство только этим в «жилищно-коммунальной» области и занималось — увеличивало тарифы и снижало дотации. Результат такой фискальной политики налицо: если шесть лет назад положение в ЖКХ оценивалось как сложное, то сегодня оно оценивается как катастрофическое.
ДРУГАЯ СТОРОНА БАРРИКАДЫ
Сформулировать главные, с точки зрения потребителя услуг, цели реформы ЖКХ не так сложно.
Во-первых, потребитель хочет за свои деньги получать качественные услуги. Он хочет, чтобы в квартире топили, когда на улице холодно, и не топили, когда на улице тепло, а не наоборот. Чтобы мусор вывозили регулярно, а не тогда, когда этого захочется водителю мусоровоза. Чтобы за мелкий ремонт (стоимость которого входит в квартплату) не надо было платить в карман сантехнику. Чтобы у потребителя, исправно платящего за свет, не отключали электричество за долги местных властей энергетикам. Чтобы каждый день убирали на лестнице и в подъезде. И так далее.
А во-вторых, потребитель хочет понимать, за что он платит, и не платить лишнее. Он не хочет платить за тепло, которого нет, и за отключенную горячую воду. Он не хочет платить за холодную воду по не известно кем утвержденным «нормативам», вдвое превышающим европейские (неужели там вдвое больше нашего стирают, моют посуду и моются сами?). Он не хочет платить за месяцами неработающий лифт и сломанный домофон, за забитый мусоропровод и неубранный двор. И хочет понимать, насколько обоснованы тарифы, по которым он платит, поскольку обоснованно подозревает, что монополисты попросту выкручивают ему руки, включая в тарифы любые «издержки» и «непроизводительные расходы».
Средства для достижения этих целей известны и не являются государственной тайной. Демонополизация, установление «прозрачности» расчета тарифов и норм потребления, регулярный аудит и независимая экспертиза, установка счетчиков воды и тепла, защита прав потребителей услуг («нет услуги – нет оплаты»), разделение заказчика и подрядчика, наделение объединений жильцов правом заказывать жилищно-коммунальные услуги и так далее. Но ничего этого правительство не предлагает. Единственное, что из года в год четко прописывается во всех «программах реформирования ЖКХ», — так это график доведения процента оплаты ЖКУ до пресловутых 100%, что должно снять с бюджета «лишнюю» нагрузку…
Почему? Ответ прост: правительство формулирует цели жилищно-коммунальной реформы с другой стороны баррикады. Не с точки зрения потребителей, а с точки зрения поставщиков жилищно-коммунальных услуг. Будь правительство политическим органом, отражающим интересы граждан, оно бы вело себя иначе. Но наше «техническое» правительство, как известно, от граждан не зависит и отражает совсем другие интересы – большей частью интересы крупных монополистов.
Вот и получается, что цели у нас принципиально разные: нам надо получать качественные услуги и не платить лишнего. А правительству надо, чтобы мы побольше платили и поменьше чирикали. И потому оно объясняет нам, что во всех коммунальных бедах мы же сами и виноваты, потому что мало зарабатываем и платить за услуги «по полной программе» не можем. А если учесть, что эту «полную программу» рассчитывает само правительство, то итоговые цифры оказываются впечатляющими. Ведь, говоря о стопроцентной оплате, важно понимать, что мы принимаем за 100% — аппетиты сегодняшних монополистов в жилищно-коммунальной сфере или реальную стоимость услуг, которая останется неизвестной до появления реальной конкуренции…
«Выход все равно один, — заявляет один из проправительственных экспертов, — отменить льготы и платить». «Если приостановить реформу, то в конце концов, когда все оборудование окончательно прогниет, придется увеличивать тарифы в разы», — уверен другой. «Как бы ни были непопулярны реформы в жилищном хозяйстве, как бы ни пугали людей и власть, делать их все равно придется», — пророчествует третий… В общем, «иного не дано».
Действительно ли — не дано?
АЛЬТЕРНАТИВА И ЕЕ КРИТИКИ
В середине января Григорий Явлинский со своими коллегами обнародовали альтернативный правительственному проект реформы ЖКХ. Суть проекта – отказ от «фискального» вектора реформы: частный бизнес привлекается в ЖКХ не за счет увеличения тарифов, а за счет льготного налогообложения. Было предложено на три года освободить от налогов частные предприятия, которые не являются монополистами, но при этом занимаются исключительно обслуживанием жилого фонда и инженерных коммуникаций. Для того чтобы стимулировать объединение собственников жилья и установку счетчиков услуг – снизить для тех, кто это сделал, на несколько лет тарифы на коммунальные услуги (при том, что сегодня граждане категорически не заинтересованы объединяться – автоматически повышаются налоги и, соответственно, плата за ЖКУ).
Кроме этого, Явлинский еще раз озвучил предложения «ЯБЛОКА», одобренные минувшей осенью «Демократическим совещанием»: переход на договорные отношения между гражданами и поставщиками ЖКУ, обеспечение «прозрачности» ценообразования, ответственность поставщиков за услуги ненадлежащего качества, прекращение «урезания» финансовой базы муниципалитетов, несущих главную нагрузку по содержанию ЖКХ. И «на закуску» — проведение регулярного аудита всех коммунальных монополий, включая общенациональные, и открытых конкурсов на право управления всеми указанными монополиями.
Предложения были небесспорны – и было бы естественно, если бы последовала сколь угодно острая дискуссия. Вместо дискуссии, однако, начался пиар: в разных изданиях за разными подписями практически одновременно появились статьи, подвергающие предложения «яблочников» уничтожающей (и поразительно похожей) критике.
Более всего, естественно, «оттягивались» на предложениях о налоговых льготах и снижении тарифов, которые-де неминуемо приведут к «чудовищному размаху экономической и уголовной преступности», не говоря уже о том, что опустеет казна. Ну а предложение обязать не только мелких монополистов, но и таких гигантов, как «Газпром» или РАО «ЕЭС», подвергаться аудиту и проводить открытые конкурсы на право управления собой было расценено как святотатство...
ЭКОНОМИКА КАК ПРОДОЛЖЕНИЕ ПОЛИТИКИ
По мнению одного из авторов альтернативного проекта, депутата Госдумы Сергея Митрохина, все это – часть пропагандистской войны, которую СПС, неизменно поддерживающий «экономический блок» правительства, сейчас ведет против «ЯБЛОКА».
«Из статьи в статью, — говорит Митрохин, — кочуют тезисы и цифры, взятые из выступлений лидеров СПС. Например, что «яблочная» программа уже была-де реализована во Владивостоке мэром Черепковым, после чего город «сначала утонул в канализации, потом замерз». Или о том, что Явлинский-де в 1992 году в «Нижегородском прологе» предлагал ввести стопроцентную оплату жилья. Или о том, что объем жилищно-коммунальных льгот составляет 50 миллиардов рублей в год, а государство может оплачивать только 17 миллиардов… Но зачем передергивать? Приморье замерзло в 2000 году, когда Черепков уже давно был не мэром, а депутатом Государственной Думы. В «Нижегородском прологе» говорилось лишь о том, что, если людям с высокими доходами предлагать качественные услуги, они будут готовы платить за них полностью. Но и здесь передергивают факты: одно дело, когда 100% платишь за дешевые и качественные услуги (эта мысль и содержалась в «Нижегородском прологе»), и совсем другое – платить 100% за услуги, которые не предоставляются (постоянные перебои с водой и теплом), но все время дорожают. Но фискальная программа правительства, разработанная под руководством лидера СПС Бориса Немцова, предлагает именно такой вариант! И вообще, в программе СПС еще в 1999 году говорилось о том, что надо «повысить долю населения в оплате приобретения жилья и коммунальных услуг до их реальной стоимости, сократив дотации на эти цели из средств местных бюджетов и предприятий»…
Что касается бюджетных потерь при реализации «яблочных» предложений, Митрохин полагает, что они быстро превратятся в приобретения. Хотя бы потому, что сегодня частный бизнес в сфере ЖКХ практически не работает и, естественно, не платит никаких налогов. Если же благодаря налоговым льготам частные компании придут на этот рынок, бюджет получит, по крайней мере, подоходный налог с работников за счет созданных рабочих мест. А временные потери можно на первых порах скомпенсировать за счет дотаций из федерального бюджета, а также за счет закрепления дополнительных доходов за местными бюджетами.
Эти меры очень быстро окупятся, так как массовый контроль за коммунальщиками со стороны кооперативов, учет ресурсов при помощи счетчиков и конкуренция приведут к резкому снижению издержек коммунальных служб, а значит, и к сокращению бюджетных расходов. Пока же, по словам Митрохина, правительство занимается не реформой ЖКХ, а набором фискальных мероприятий по изъятию денег у населения. А в ответ на любую альтернативу (кроме «яблочников» ни одна партия ее не формулировала) следует не аргументация по существу, а черный пиар…
«Непонятно, с чего начинать – с повышения тарифов или демонополизации», — вздыхает один из сторонников правительственной реформы. Отчего же непонятно? В Израиле, где много лет проклинали высокую плату за телефон, ввели конкуренцию, преодолевая сопротивление государственного монополиста, — тарифы снизились в пять раз. В Германии после демонополизации «Дойче Телеком» тарифы местами снизились в десять раз. Может, и нам попробовать?
"Новая газета", 17.02.2003
| |
|
| |
